В обычаях нет выбора
Н.Шайкенов
|
«Будет ли в России дефолт?»
Последние много-много лет – примерно с первой трети прошлого века, когда было начато строительство «экономической системы», в которой мы до сих пор живём и работаем – в нашей стране очень сложно инвестировать деньги, если их объемы измеряются миллиардами рублей. Любое вложение такого рода сумм – особенно последние двадцать лет – связано либо с приобретением активов, либо с «раздачей» денег для «латания дыр». Первое – это, например, перепродажи ранее приватизированного имущества (заводов, газет, пароходов и предприятий, которые их когда-то изготавливали). В этих случаях деньги вкладывались в приобретение имущества, но не в создание из одного количества имущества большего количества. Второе – это когда деньги, например, вкладывались в нацпроекты: государство просто не могло закрывать глаза на существовавшие провалы в здравоохранении, АПК, жилищном строительстве и образовании. Поэтому оно определило конкретно – что, как и для кого будет приобретаться. Инвестиционной задачи не ставилось: заработать на раздаче «инвестор» не может, т.к. даже вложенного, не говоря уж о прибыли, не вернуть.
Причина такой «невозможности» кроется в устройстве нашей отечественной экономики: в массе своей она строится на советском государстве, от которого остались только сильно изношенные имущественные комплексы. Организация хозяйства, т.е. схема деятельностей, которая обеспечивала этим комплексам «жизнь», канула в лету. С этим имуществом невозможно в полной мере работать как с экономическим активом, т.к. создавалось оно не для зарабатывания, а для решения других, не столько экономических, сколько политических, социальных и военных, т.е. государственных – по масштабам, целям и средствам – задач. Посмотрите: для чего нужно создавать, а сейчас сохранять, огромные заводы, которые выпускают не вполне конкурентоспособную, например, технику? Как в позднем СССР, так и в РФ их можно и нужно сохранять в целях «социальной стабильности» - на предприятии: худо-бедно трудятся десятки тысяч человек, замкнута вся коммунальная и почти вся социальная инфраструктура, здесь встречаются пенсионеры и т.п. Иными словами, отечественное предприятие – это не предприятие в понимании «западного» экономиста, которое позволяет создавать капитал; оно создавало прибавочный продукт только будучи вписанной в советскую систему распределения и только для распределения. Теперь эти предприятия для одних – способ обеспечения выживания огромных человеческих масс, а для других – образ жизни.
Таким образом, миллиарды в нашей экономике можно только распределять: зарабатываются и инвестируются они в других экономиках. Есть, конечно, исключения из этого правила, но они не являются факторами экономической жизни страны. Есть, конечно, и не миллиарды. Но, в конечном счете, они могут сделать только одно большое дело – создать некоторым людям (бизнесменам) хорошее настроение от покупки или заработка. Для страны эти «немиллиарды» значения почти не имеют, т.к. возможность их эффективного и массового инвестирования ограничена усилиями тех, кто «кошмарит» бизнес и, например, финансовой системой, в которой до последнего времени деньги были дороже, чем «на западе», а потому зарабатывала опять же не наша экономика.
Всё вышеизложенное – описание ситуации, в которой приходится отвечать на поставленный вопрос. В 1998-м бюджет поддерживался инвестициями МВФ и страна жила не по средствам. Нужно было реструктуризировать существовавшие долги, т.е., проще говоря, объявить, что мы их не можем платить. Поэтому тот дефолт – был дефолтом государства, которое не смогло соорганизовать финансы и описанное состояние промышленности. Сейчас у страны совсем другое состояние финансов и, главное, у государства есть своя финансовая политика. Однако, при этом, инфраструктуры (производственные и коммунальные) по-прежнему не вполне отвечают требованиям современности. Поэтому, полагаю, что «дефолта образца 1998-го» не будет. Но есть достаточно оснований полагать, что процесс «обучения» наших миллиардов навыкам зарабатывания в отечественной экономике будет длительным и болезненным. Надеюсь, что он станет очистительным. Это реально, если больной будет слушать свою голову, а не стараться сделать «евроремонт» на том месте, где давно пора строить новое.
|
|
